Александр Фомич Белозерцев — полный кавалер Шахтерской славы третьей и второй степени, Почетный шахтер

Александр Фомич Белозерцев. Родился в августе 1928 года в селе Бараново Орловской области. С девяти лет работал в колхозе на коне. Закончил пять классов и началась война. В 12 лет копал окопы, оборонительные траншеи для защиты от немцев.

В декабре 41 го пришел Гитлер к нам. В 42-ом, когда немца турнули из-под Москвы, освободили и нашу территорию. То есть в январе уже пришли наши. Село было большое, домов восемьсот. Когда немцы уходили, то почти все пожгли, чтобы не было нашим где приютиться. Немца откинули, наши укрепились. Но Гитлер в летом 42-го опять пошел в наступление и опять занял наше село.

Все население немцы перевезли на Запад, ближе к Курску. Так мы на семь месяцев оказались в оккупации. Нас пригнали туда, расселили по местным жителям.

Когда он занимал нас во второй раз в 1942-ом. Бои были страшенные. Своих немцы хоронили сами. А наших солдат хоронили мы, мальчишки. Как сейчас помню, что у меня во дворе захоронен в воронки от бомбы один казах. Он четыре дня у нас раненый лежал в избе, пока не умер от ран. А всего я захоронил 14 наших солдат. Обмотаешь ноги и тащишь к окопчику… Да и стоит ли об этом говорить… (Задумался, вгялдываясь куда-то вдаль)

Идет бой в Бараново. Нас человек 25 сидит в овощехранилище. Немцы подходят, кричат – «русь, выходи». Мы выходим, они смотрят, что солдат среди нас нет, но ведь они могут там быть, в подвале. Поэтому кидает в хранилище гранату. И уходят.

Над этими овощехранилищами немцы поставили пушку. Знали, что по ней стрелять русские снарядами не будут, так как тут люди мирные укрылись.

Немцы пошли в атаку. Вот их начали «косить»! Потом возле церкви после этого боя немцы 312 могил сделали своих. А в каждой по пять-шесть захоронено!

Я вспомнил, какие и где мы копали укрепления. И вот в нашем одном таком укреплении наши ребята закрепились, поставили два пулемета «Максим».

Во время боя мы оказались на нейтральной полосе.

В ложке стоял пулемет наш. Тут он чего-то заглох. Прибежал туда, а там трое наших убитых бойцов. Вот я взялся за гашеькт и с криком «огонь по фашистам». Пацан молодой совсем был, чего понимал, так в небо все и выстрелил.

Три километра было до наших позиций от родной деревни. Чтобы не было партизанщины и диверсий, нас перевезли подальше от линии фронта.

1943 году 23 февраля помню пришли наши. Так это ведь казалось, что это совсем другие были солдаты, чем те, что воевали в 41-ом. Тогда ведь одна винтовка на троих была. А тут отлично экипированы: лыжи, белые шубы, оружие, на лицах маски от мороза.

Пошел на малую родину. А идти 90 километров. Танкетка подвезла.

Все там разрушено в селе. Нашел блиндажик и стал его обустраивать, чтобы семью перевезти. Мать, двух сестер и брата младшего. Менял сохранившуюся одежду на картофельные кусочки с глазками, чтобы их посадить в огороде.

Отец в Куйбышево работал на военном заводе. Он был профессиональным кузнецом.

Погреб рыли 120 километров от Прохоровки. Земля несколько дней тряслась.

Разминировали мальчишками.

После 43-го ходить не в чем нам было. Раскапывали немецкие могилы, сапоги снимали.

В противопехотной мине штук 200 шариков металлических. Мы их для рогаток использовали для охоты на птиц. Нас солдаты обучали разминировать. Мы расспрашивали, как какую мину разминировать.

В саду было орудие немецкое и снарядов куча. Мы их раскручивали, разбирали.

Взрыватели использовали для бытовых нужд. Везде были блиндажи в четыре накаты, из дуба. Получается, дрова для печей под боком, но пилой и топором ничего не сделаешь, не разберешь. Поэтому закладывали взрыватели, протягивали бикфордовы шнуры и взрывали деревянные настилы. Тогда уже можно было уже и на дрова колоть.

Победа. Положили пару противонкатовых мин в воронку и устроили салют – бахнули их. Правда от взрослых влетело.

В 1948 году 12 марта нас, молодых парней, привезли в Прокопьевск работать. Была шахта «Южная» здесь, в Спиченково. «Спиченград», как мы прозвали этот район.

1200 тонн план в сутки у шахты был.

Коней еще застал, работающих под землей. Встречались очень умные. Помню одного коня по кличке Кусок. Так прежде чем везти сцепку он немного назад сдавал. И по звуку столкновений определял, сколько вагонов подцепили. Положено ему пять вагонов везти он только пять и повезет. А прицепишь шесть, пусть и пустых – хоть убей, не сдвинется с места.

Сколько коней там погибло, работа опасная была у них.

Был забойщиком. Три месяца училсиь. Усиленно Кило двести хлеба. Первое, второе, третье. Рост 173, а вес 60 кг. Какой это проходчик? А вот ночевать холодно было в недостроенной школе.

Как в труд армии нужно было отслужить три года. Хоть один день на работу пропустишь – суровое наказание.

Как-то из-за поезда опоздал на одни сутки на работу. Полгода за это у меня высчитывали четверть заработка.

В 1979 году вторая группа инвалидности.

Шахта «Южная» объединилась с «Красным углекопом» в 1959 году. Был на Южной бригадиром коммунистической бригады

Взрывником поработал.

— Вы отслужили три года в трудармии, можно и домой ехать…

— Можно было. Но вот служу до сих пор. У нас тогда в области были засухи, неурожай. А мы посмотрели, что здесь, в Кузбассе, люди намного лучше живут. Особенно шахтеры. Зарплата хорошая, продукты есть. Больше всего нас поразило, что здесь УГЛЕМ печки топят! Это роскошь. Мы ж на родине топили печи кизяками. Мой друг, Иван Буланников, сразу купил ружье для охоты и сказал, что здесь и останется жить. Так и остались, женились, построили домики. К 1953 году у меня уже трое сыновей было, домик шесть на девять.

Орден Октябрьской революции, полный кавалер Шахтерской славы третьей и второй степени, Почетный шахтер. Представлялся к награждению «Шахтерской славы» первой степени и даже Героя Социального труда. Но из-за своего правдолюбия, прямоты высказываний так эти награды и не получил.

Неплохо выглядите?

— Это потому что я в забое работал! (смеется)

Бригадир коммунистического труда. Пить запрещено, работать на отлично, деньги нести в семью, спать только с женой.

Виталий, Петр

У нас в семье, начиная с моих трех сыновей и заканчивая шестью правнуками, 21 человек семье. Настоящая бригада, а я в ней бригадир.

С 1952 года стал бригадиром.

В 1975 году в забое кусок породы упал на голову. Два года, претерпевая высочайшее давление, ходил на работу. Но потом все же обратился к медикам. Дали второю группу инвалидности. После одиннадцать лет отработал на разрезе при шахте «Красный Углекоп». 41 год шахтерского стажа.

Петр и Коля отработали по 17 лет в забое. Шахта закрылась, так теперь они за 10.000 рублей шесть тонн угля. Почему им не дают пайкового угля?! И таким же, как они? Разве рабочий люд виноват в том, что кто-то закрыл шахту?

С его помощью отсыпали породой и горельником несколько дорог в поселке. До этого по ним проехать было почти невозможно.

И сегодня беспокоит его, что нет детского садика на поселке.

Член обкома партии. В парткоме шахты активно работал. Но ему там начальники были не рады.

— С партией я до сих пор в ладу, я не был в ладу с тем, что делалось против рабочего человека.

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector