Когда-то Бельгия была страной шахтерской

Продолжаем цикл материалов о том, как живут прокопчане за границей. На этот раз у нас в гостях гости из Бельгии.

Небольшая справка об этой стране. Короле́вство Бе́льгия — государство в Северо-Западной Европе, член ЕС, ООН и НАТО. Граничит на севере с Нидерландами, на востоке с Германией, юго-востоке с Люксембургом и с Францией на юге и западе. Омывается Северным морем на северо-западе. Форма правления — конституционная монархия. Форма административно-территориального устройства — федерация.

Площадь — 30 528 кв. км, численность населения — 10,8 млн человек. Чтобы эти цифры были более понятны, приведу сравнения: по территории Бельгия в три раза меньше Кемеровской области, а по населению – в три раза больше.

А теперь информация о нашей гостье, бывшей прокопчанке. Юлия Болланд, в девичестве Свистунова. Ее отец военный, потому семья Свистуновых не раз меняла место жительства. Туркмения, Германия… В итоге обосновались в Прокопьевске, где Юля пола в третий класс. Она задолго до окончания школы определилась кем хочет быть – биологом. А потому закончила школу N 32, где был специализированный класс с уклоном в биологию. Потом поступила в Томский медицинский университет. Училась на специальность врач-биофизик. Дипломную работу делал в Москве, где и осталась работать в медико-биологическом центре космических проблем. Сегодня она кандидат медицинских наук. Вместе с другими учеными занималась изучением молекулярной биологией. Отправляли биологический образцы в космос на МКС, а космонавты по возвращению доставляли им их обратно для изучения.

— Я почему-то давно мечтала попасть именно в Бельгию, — рассказывает Юлия. – Но первая командировка была в Японию, а потом, в 2006 году, в Испанию на конференцию на космическую тему. Там выступала с докладом.

Бельгия
Бельгия

На эту конференцию прибыло около двух тысяч ученых со всего мира. Среди них был и бельгиец Матье Болланд. У него своя специализация – космические спутники, или, как их называют в Европе, сателлиты. На третий день случайно познакомились компаниями. Матье тогда пошутил, что о России знает только из фильмов про Джеймса Бонда. Сейчас он признает, что на самом деле, как оказалось, о нашей стране он знал не только мало, но и не совсем правду. «Я был воспитан пропагандой», — признает сегодня бельгиец.

За последующую неделю работы конференции Матье и Юля подружились.

— При расставании мне было почему-то легко, — вспоминает Юля. – Он мне понравился, а живем в разных странах, неизвестно увидимся ли еще, но грусти не было. Как чувствовала, что скоро увидимся.

Судьба оказалась к ним благосклонной. Три месяца они переписывались по электронной почте, а в декабре 2006 Юлии выпала трехнедельная командировка за границу. Просто научному центру потребовалось быстро освоить остатки средств. Но совершенно случайно именно в Бельгию! Нет, наверное, все же не случайно многое в этой жизни.

Матье познакомил Юлию со своими родителями. Они живут в небольшом городе Лиеж, оба работают в медицине. У них красивый двухэтажный дом. Небольшой сад на три сотки. Бельгийцы очень любят разбивать сады возле своего дома. Благо, в отличие от Японии, место для этого в стране есть. Кстати, Бельгию в Евросоюзе характеризует высокий уровень социальной защиты.

— У нас хорошее медицинское обслуживание, образование бесплатное, — рассказывает о своей стране Матье. – За учебу в университете платить надо, но всего 700 евро в год. Это очень мало. Но очень большие налоги. У вас здесь отдают только 13 процентов от заработка, а у нас в стране практически половину. Эти деньги идут на помощь безработным. Но некоторых это только развращает. Работа есть, а люди не хотят работать, так как это невыгодно. Например, когда я работал, то получал 1500 евро. А если бы не работал – то тысячу. Неработающий, помимо пособия, пользуется многими льготами. Может бесплатно ездить на общественном транспорте, посещать музеи, театры. Изменить эту ситуацию не получается законодательно. Потому что неработающие голосуют за те партии, которые защищают их интересы в парламенте.

— Чем еще знаменита Бельгия в Европе?

— У них очень много старинных замков-монастырей, в том числе действующие — говорит о своих впечатлениях Юлия. – Почти в каждом замке делают сыр или пиво по своему оригинальному рецепту. Бельгийских сортов пива более полутысячи. Есть даже фруктовые. А еще там делают отличный шоколад. На мой взгляд, бельгийцы по сравнению со многими европейцами более творческие люди, толерантные, немного наивные, легкие в общении.

Серия визитов в Москву и Бельгию, переписка и как итог Матье и Юлия в июне прошлого года зарегистрировались в Москве. Буквально за несколько дней до этого события у жениха сбылась мечта – он нашел в Германии ту работу, о которой мечтал. Поэтому сегодня эта семейная пара живет не в Бельгии.

— Хотя в чем-то в Бельгии жить иностранцам легче, — отмечает Юлия. – Например, мои российские водительские права в Германии не действительны. Но я их легко переоформила на евросоюзовские в Бельгии.

— А легко ли было получить вид на жительство в Германии? В течении  получаса в муниципалитете все было оформлено. Никакой бюрократии и волокиты, в отличии от России. Российскому гражданину сложнее в Москве получить регистрацию, чем в Германии. Матье вообще очень удивляет как у нас все сложно с документами. Он был поражен, и спрашивал: почему ему обменять в Европе паспорт – это два дня, а мне в России – два месяца?

Сейчас семья Болланд живет в Германии, снимают квартиру за 780 евро в месяц. Цены на продукты  — почти как у нас. Много русских магазинов, поэтому нет проблем в том, чтобы на столе были те русские блюда, которые так понравились мужу. Пока Юлия домохозяйка. Ходит на курсы немецкого языка и рассчитывает, что как только утихнет экономический кризис, найдет работу по специальности.

Последние несколько недель Матье и Юлия гостят в Прокопьевске. Ходят играть в боулинг, ездят на дачу. День шахтера встречали на площади со другими прокопчанами. Их обоих поразил фейерверк. Оказывается, он даже по московским и европейским меркам был на высоком уровне.

Больше всего Матье, как и многих иностранцев поразили сибирская природа и размеры страны.

— У них там в Бельгии ближайший лес от родительского дома в ста километрах, — рассказывает прокопчанка. – Так если они туда собираются, то это поездка считается очень серьезной и дальней. А тут я предложила съездить на соленые озера в Алтай. Матье спросил, как это далеко. Когда узнал, то отказался. Сказал, что это так же далеко от Прокопьевска, как от его дома до Португалии. Но мы и здесь неплохо отдыхаем.

— Мне было удивительно, что у вас можно жарить шашлыки, где захочешь, — говорит Матье. – С этим, особенно в Германии, очень строго. Во многих местах запрещено.

— Твое впечатление от Прокопьевска?

— Он похож на мой родной город. Дело в том, что у нас тоже угольный регион. И так же много заброшенных шахт. Мой дет был шахтером.

— Насколько я знаю, вся угольная промышленность в Бельгии была закрыта в 80-ых годах уже прошлого века, а до этого была в стране одной из основных видов промышленности. Что стало с шахтерами?

— Да, наш город был шахтерским. Но уже давно люди стали выбирать другие профессии, так как видели, что у угольной промышленности в нашей стране уже нет будущего. Приезжие шахтеры переехали в иные страны, кто-то переучился на другую профессию.

— И как теперь живут шахтерские города?

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector